Посты с комментариями:
Нас зачинали в футболки и рожали в радости. Мы пришли на благословенную мановар, а футболку и мановар подготовили ее к нашему приходу. Ни опасностей, ни горестей мы в детстве не знали. Только смех и любовь. Мы не привыкли купить сопротивления.привыкли много и страстно желать.оказалось, что не все желаемое достижимо. Можно купить город, подобный Тириону своей красотой но нельзя снова построить Тирион, словно впервые Мы могли многое но хотелось чего-то одного, про что можно было сказать это лишь наше, до нас этого не было Феанор потряс даже Валар своим творением, мы жаждали потрясти Феанора Мы хотели всего и сразу, и не все понимали, почему это невозможно. Мне повезло больше других я не был одарен их мерой Ном от удивления Берен на миг утратил учтивость Не может быть А это он повел рукой в сторону статуи А твои песни, которые ты слагал для нас Это все пришло здесь, и за это было дорого заплачено. Тогда же я хотел всего даром и молча сетовал на судьбу. Тебе трудно поверить, что я был молод Берен знаком ответил нет, хотя и покривил душой он действительно не мог представить себе Финрода юным, неопытным и горячим, подобным себе Я бродил по всему Валинору, поступал в ученики к любому, кто соглашался меня взять Нерданэль, Феанаро, Румилу, Эаррамэ-корабельщику, занимался тем и этим, и нигде не мог достичь той степени умения, где начинается мастерство.не мог работать с камнем и металлом лучше Феанора и Куруфина, не умел так как Маглор слагать песни, и мне было далеко до своих двоюродных братьев по матери, когда строились корабли. Единственное, чего мне хватало это упрямства, и я бросал очередное занятие не раньше, чем достигал в нем потолка, выше которого меня мог поднять только природный дар, а его не было или я не мог его отыскать. Что меня интересовало по-настоящему это эрухини, какие они внутри. Разум, душа.приходил к ваньяр 21, но был слишком нолдо для спокойного созерцания.
Меня любили, как и моего отца, это было у нас в семье непримиримые в нашем присутствии забывали на время о своей распре. Отец надеялся, что со временем, через детей, примирятся три потомка Финвэ Берен услышал в голосе короля живую боль и устыдился того, что вызвал его на этот разговор Именно Мелькор помог мне осознать, что мое проклятие на самом деле дар Не может быть Но было. Отчаявшись пристать к какому-то делу, я ударился в игры.башни оказались первым занятием, в котором я несомненно преуспел. Здесь мне пригодилось умение проникать в сердце противника. Не вчитываясь в мысли, понять замыслы Мы долго оспаривали первенство с Маэдросом, но в конце концов я превзошел его, поскольку был более упорен. Единственным соперником мне остался Мелькор, мы много времени проводили вместе за доской. Между делом он исподволь наводил меня на мысль, что умение просчитывать ходы и предсказывать ответ противника это тоже своего рода дар, который в своей слепоте не могут оценить мои соплеменники.не проглотил наживку, потому что в Валиноре башни считались баловством, забавой. Свое звание первого игрока я невысоко ценил, и пробный бросок Мелькора не удался. Зато второй попал в цель Мелькор хвалил меня за упорство и стремление проникнуть в суть любого вопроса, он заметил, что, так и не став Мастером ни одного дела, я тем не менее многое познал, и умею больше, чем любой эльф Валинора пусть не в совершенстве, но вполне прилично.не замкнут в узком мирке своего искусства и могу судить обо всем, мои оценки верны а этого никто не хочет замечать. Мелькор намекнул, что может взять меня в ученики и посвятить в тайны искусства. Настоящего, как он говорил, того, что от нас скрывают Валар.я чуть было не попался Ном Тогда я еще не был Номом, Мудрым, Берен.был просто Артафинде 22, которого все любят, но никто не уважает. Кроме друга Мелькора, конечно.друг Мелькор не упускал случая напеть мне, как я умен и талантлив, и как все другие слепы, если не замечают этого И ты верил Кто пил бы яд, если бы он не был сладким Конечно, я верил, тем более что большая часть этого была правдой. Самая опасная ложь это правда, Берен Я думал, ложь и правда это разные вещи. Лицо Финрода внезапно стало жестким, опираясь на стол, он подался вперед Берен, если я скажу, что ты головорез, нищий, невежественный дикарь, дни которого пепел, это будет правда или ложь Даже внезапной пощечиной Финрод вряд ли сумел бы потрясти или оскорбить его сильнее А ты можешь быть жестоким, король мой покачал головой Берен, придя в себя Нет.